ФОТО: Oskars Lūsis/TVNET

Вадим Радионов и Анна Лейтланд-Григорьева - опытные журналисты из Латвии, которые с недавних пор создают, по их словам, собственное общественное СМИ, но на новой для них площадке - в YouTube. Стримы, лайки, донаты - теперь часть их профессиональной речи. Им никогда не отказывает в интервью Владимир Познер, они уже добились цитируемости в рунете и готовы потягаться с "Дождем". Новыми гостями проекта RUS TVNET "Правда/миф" стали авторы YouTube-канала "И Грянул Грэм".

Блогеры - это не только развлекательные видео в YouTube и яркие фото в Instagram. Зачастую именно блогеры в своих социальных сетях поднимают важные темы, делятся личным опытом и вдохновляют своих подписчиков. "Правда/миф" - это проект RUS TVNET о предрассудках, стереотипах и реальной жизни и работе популярных латвийских блогеров. Прямые вопросы и честные ответы от них самих.

"Алексей Пивоваров - он блогер или журналист?"

Вадим Радионов работал во всех видах СМИ - был корреспондентом в газете "Час", делал репортажи на радио SWH+, был журналистом, ведущим программ и заместителем главного редактора на радио Baltkom, вел программу "Без обид" на телеканале LTV7, а на телеканале PRO100TV - программу "Вопрос с пристрастием", все еще пишет колонки на "Эхо Москвы" и в "Сноб". Анна, в свою очередь, училась в "Останкино", работала на российском ТВ, в Латвии наиболее известна как ведущая программ "Абонент доступен" и "Вечерний интерактив" на радио Baltkom.

Теперь главная площадка обоих - YouTube. На вопрос, уместно ли их считать блогерами, Анна отвечает, что все же более приемлемо было бы называть их "журналистами в YouTube". "Хотя слово "блогер" тоже не кажется уничижительным, это как раз стереотип о блогерах, что это что-то поверхностное, это меняется", - считает Анна.

Вадим добавляет, что "блогер" - недооцененное слово сегодня: "Например, когда оппоненты рассказывают про Навального, они пытаются подчеркнуть, что он "какой-то блогер", хотя он далеко уже не блогер, а политик международного масштаба, но когда хотят его принизить, мы это четко замечаем, они говорят: "Вот этот блогер".

Если мы берем историю становления этого слова, то, наверно, это была развлекательная и, казалось бы, несерьезная работа (хотя за этим почти всегда стояла профессиональная работа), но сегодня

Алексей Пивоваров - он блогер или журналист? Он журналист, но и ютубер. Или Леонид Парфенов? Соответственно, можно называть нас блогерами, в этом смысле мы в хорошей компании, нам не стыдно". 

ФОТО: Oskars Lūsis/TVNET

"И Грянул Грэм" - команда быстрого реагирования

В описании канала говорится, что здесь ведущие обсуждают с гостями - политическими деятелями, писателями, политологами, режиссерами, артистами, учеными, спортсменами и журналистами - острые, актуальные и аналитические темы, волнующие общество.

За полтора года канал изрядно трансформировался, и от классических интервью с гостем, монтаж которых занимал два месяца, перешел на прямые трансляции, качественно отрабатывая повестку от событий в Беларуси до попыток поймать северное сияние в Юрмале. 

"Сейчас мы наконец-то формируем полноценную сетку. У нас большой воскресный стрим, по четвергам мы также делаем стрим - не такой большой, как в воскресенье, но тем не менее. Мы хотим перейти на стрим 3-4 раза в неделю, и это уже будет определенное время, когда мы будем выходить. Мы выстроим сетку по времени, а пока смотрели варианты", - рассказывает Вадим. 

Анна добавляет, что для канала очень важна оперативность: "Мы позиционируем себя как СМИ, отсюда материалы на актуальные события. Например, был теракт в Вене, и мы поехали ночью делать стрим".

По личному убеждению Вадима, большие СМИ - это пехота, а программа "И Грянул Грэм" - команда быстрого реагирования: "У нас есть хороший продюсерский опыт - мы можем быстро договориться со многими спикерами и создать сетку из семи эксклюзивных включений на стрим - мы идем в эту сторону". 

Он согласен, что вначале они себя еще искали и продолжают до сих пор, но в целом уже определились:

"Мы идем к просветительско-аналитическому контенту, вряд ли будем делать развлекательный контент".

В то же время журналисты отмечают одно из первых интервью на канале с Николаем Цискаридзе: "Оно собрало больше 400 тысяч, и, как говорит наш режиссер, оно evergreen - собирает и сейчас". Поэтому ведущие канала не отметают мысль делать контент и подобного рода, просто на все пока не хватает рук. 

"Правда/Миф": На условные кровь и секс всегда больший спрос, чем на серьезную аналитику и социально важные темы

Как нелогизм становится усиливающим эффектом

Запустив программу "И Грянул Грэм", его авторы заявляли, что уникальный концепт заключается в том, что "в конце выпуска гость сталкивается с Грэмом - таинственным третьим ведущим, который под занавес может задать самый неожиданный вопрос интервьюируемому". В начале так и было, однако в последнее время в стримах Грэма не слышно. На вопрос, куда пропал Грэм, Вадим поясняет, что команда со временем перешла на несколько другой формат и там Грэм был бы не очень уместен. 

"В интервью игра в образ хорошо ложилась. Ты в конце задаешь гостю вопрос от Грэма, а он и не спрашивает, кто это, просто отвечает, и в этот вопрос можно было вклинить что угодно", - рассказывает журналист.  

В  то же время это не значит, что Грэм пропал - по словам Вадима, это история, которая ломает некий стереотип: "Вы занимаетесь серьезными вещами, но вкладываете в название некого Грэма, и это начинает привлекать внимание. Как Apple запустил историю с яблоком или партия "Яблоко" Григория Явлинского - все сначала думали: что за фигня? Потом бренд приживается, и этот нелогизм становится усиливающим эффектом - так же и с Грэмом: он начинает жить своей жизнью, к нам в чатах обращаются как к Грэму. Это усиливает роль бренда, и реакция аудитории оправдывает ту, которую мы закладывали изначально - хейт, непонимание, вопросы, кто это, и нами это просчитывалось.

Некий Грэм, который перерастает в серьезную новостную повестку - очень индивидуален на YouTube, это уже некий самостоятельный бренд", - рассуждает Вадим. 

Контакты токсиколога из Латвии спрашивала редакция Пивоварова 

Спикерами на канале "И Грянул Грэм" уже выступали Вероника Цепкало, Павел Латушко, Евгений Чичваркин, Артемий Троицкий, среди тем - отравление Навального, события в Беларуси, уход Анатолия Чубайса из "Роснано", при этом ребята - из Латвии. Какое место отведено родине в контенте канала? 

"У нас прошел "латвийский стрим". Мы поэкспериментировали, зашло неплохо, но не будем делать условно "латвийский чат", это скорее будет "свободный", где мы будем говорить в том числе что-то о Латвии", - поясняет Анна. Вадим добавляет, что так или иначе в программе регулярно появляются латвийские спикеры, грамотно интегрированные в международную повестку.

"Концепция такая - когда ты приходишь на рунетовский рынок, понятно, что латвийский спикер не зайдет, но если мы, условно, поставим нашего [Юриса] Розенвалдса между [Владимиром] Познером и [Станиславом] Белковским, то он зайдет. 

Например, Юрис Розенвалдс - если посмотреть среднюю статистику по латвийским YouTube-каналам, где он появляется, это просмотров 200, а у нас он набрал 10 000.

А [Ивар] Калвиньш, который комментировал нам боевые отравляющие вещества, набрал 140 тысяч. Врач-токсиколог Роберт Сташинский, которого мы подключили к делу Навального, собрал десятки тысяч, и потом к нам обращалась редакция Пивоварова - спрашивали его контакты. Интегрируя местных спикеров в эту среду, мы позволяем им хорошо собирать просмотры и оправдываем то, что мы делаем", - заключает Радионов. 

"Недавно же прозвучало с трибуны Сейма, что нет у нас интеллектуальных русскоязычных - вот у нас на канале можно найти способных вести дискуссию", - подмечает Анна.

ФОТО: Oskars Lūsis/TVNET

"Мы понятия не имели, как что делать"

Канал "И Грянул Грэм" был зарегистрирован в YouTube 28 мая 2019 года. Спустя полтора года он набрал более 70 тысяч подписчиков, а выпуски в совокупности собрали более 15 млн просмотров. Среди лидеров просмотров - журналист и ведущий программы "Момент истины" Андрей Караулов (730 964), предприниматель Евгений Чичваркин (612 296), Николай Цискаридзе (428 088), но есть и Анатолий Вассерман с 4,6 тысячи и даже репортаж на 108 просмотров. 

"Положа руку на сердце - мы понятия не имели, как что делать, нашли какую-то студию за 10 евро в Вецмилгрависе, чтобы там просто сесть и снять. Команда сформировалась не сразу, было непонятно, где денег взять, сами скинулись на студию", - вспоминает Вадим. 

"Первое интервью с Вассерманом мы монтировали месяца два, а сейчас у нас выходит материал мгновенно", - улыбается Анна. 

Вадим поделился, с чего все началось - у него закончилась программа "Без обид" на LTV7, он ехал в машине с режиссером "ДМБ" и "Даун Хауса" Романом Качановым, и они разговорились про YouTube: "Я сказал, что надо пробовать, телек заканчивается, непонятно, что с традиционными СМИ... Приехал на работу, мы с Аней на Baltkom много вели, сказал ей: "Рискнем?", а она согласилась". 

Вадим не скрывает, что все шло очень тяжело, денег не было, мотивировать людей что-то делать было сложно, особенно технических, поэтому кто-то "соскакивал со скандалами" и в целом ребята прошли разные этапы. 

Рывок в просмотрах случился спустя больше года - в этом августе. 

"Но к этому рывку мы уже подошли подготовленными - была некая база, алгоритмы нас считывали. К августовским событиям мы подошли в районе 30 000, потом рванули, и сейчас подписка идет гораздо быстрее. Думаю, через пару месяцев получим первую серебряную кнопку (YouTube Silver Play Button, или Серебряная кнопка, присуждается каналам, достигшим 100 000 подписчиков. - Прим. ред.)". 

Теперь уже алгоритмы хорошо считывают их канал и начинают рекомендовать как пользующийся определенным авторитетом. "Когда была история с Навальным, у нас были очень большие рейтинги, мы дошли до 16 тысяч просмотров одновременно", - гордится Вадим. 

"Правда/Миф": Приходить в YouTube уже поздно, там уже все, а места под солнцем на всех не хватит

"Мы могли бы брать себе деньги, но не берем"

Не так давно в стриме ребята показали свой бекстейдж - это минимум пять человек и серьезная техника. На вопрос, как это все содержать, ведущие "Грэма" рассказали, что себе зарплату еще не платят, но стараются платить техническому персоналу - режиссеру в обязательном порядке, остальным - как минимум премии выписывать.

"Мы могли бы брать себе деньги, но не берем. Мы студию свою создали - на Элизабетес, сняли помещение и сделали все под себя. Техника наша - пульты, камеры, компьютеры сами себе купили, не потратив личных денег - все на те, что заработали", - делится Вадим.

В то же время он признается, что был момент, когда они остались без студии, без всего - как раз в августе:

"Но это как доменная печь - должна всегда работать. Как только ты остановишься, сразу начнутся проблемы.

Случилась и Беларусь, и Навальный: мы поехали просто ко мне домой, поставили камеры на фоне книг и стали работать - уже с новым режиссером, который по мере происходящего подключал какие-то штекеры, и все это в прямом эфире - тогда и случился перелом. "Эхо Москвы" про нас сделало практически большую передачу в "Человек из телевизора", Майкл Наки нас включил в ТОП-3 стримеров по Беларуси, это тоже нам дало. И все, мы пошли в рунет, стала хорошая цитируемость, о нас стали говорить, нам стало проще разговаривать с людьми. Конечно, есть личные знакомства, например, с Познером - он YouTube часто отказывает, а нам не отказывал. Мы получили подборку гостей, стало легче приглашать, а потом стало еще легче - уже не надо рассказывать, кто мы, что мы, что за канальчик", - вспоминает журналист.

ФОТО: Oskars Lūsis/TVNET

Очень хорошо донатят зрители из Великобритании

Откуда деньги у канала? Как рассказывают его авторы, на данный момент - это донаты от зрителей и монетизация YouTube. В планах также реклама и гранты. 

"Очень хорошо донатят зрители из Великобритании, по 20 фунтов за раз. У них другая культура просмотров - они заходят и понимают, что не могут смотреть просто так, надо заплатить, - делится Анна и добавляет: - Пока мы шли к вам, пришли 20 евро. Один раз Вадим вышел в эфир по Беларуси просто из машины и ему пришел донат в 50 евро". 

Много ли можно заработать на донатах? "Стрим могут смотреть по 3000 человек одновременно, и донатов может совсем не быть, при этом когда про Латвию говорили, мы не дошли до 1000 одновременно по просмотрам, но задонатили достаточно. В целом это 40-50 евро за стрим. Но может и ничего не быть", - поясняет Вадим.

"Конечно, донаты - это не главное, это то, что поднимает настроение во время эфира", - признается Анна, а Вадим добавляет, что главное - это монетизация. 

"Монетизация приносит тысячи. Немногие тысячи, но тысячи", - говорит журналист.

"У нас 3 миллиона просмотров в месяц, с этим уже что-то можно делать, можно покрыть бытовые расходы, заплатить режиссеру, но не всем", - заключает он.

Если уж конкурировать, то с "Дождем" 

Если воспринимать "И Грянул Грэм" как русскоязычное общественное СМИ в Латвии, корректно ли считать конкурентами канала тот же Baltkom или Русское вещание LTV? Вадим на это говорит, что "никогда ни с кем не соревновался - есть коллеги, которые классно делают свою работу, и те, кто не классно". Анна добавляет, что

"в YouTube есть прямые эфиры, тот же "Дождь" - нельзя назвать его нашим конкурентом, но если уж конкурировать, то с "Дождем". 

Вадим тут же подмечает, что у них хорошие отношения с Тихоном [Дзядко - главный редактор "Дождя"]: "Мы работали с ним на RTVI, когда там были Пивоваров, Тихон и [Екатерина] Котрикадзе, мы все знакомы. 

Кстати, по статистике был интересный момент - когда были августовские события, у "Дождя" было 140 млн просмотров, они вошли в мировой ТОП, при этом 23 млн уникальных [зрителей], у нас в тот момент было 3 млн просмотров и 1 млн уникальных - условно, мы проигрывали "Дождю" с этой историей в 23 раза - это, я считаю, очень круто для маленького канала, тем более мы тогда только-только рванули", - делится Вадим. 

Будущее журналистики в Латвии на русском языке - есть ли? 

Не так давно Национальный совет по электронным СМИ (NEPLP) оштрафовал радио Baltkom на 8000 евро за высказывания российского политика Владимира Жириновского в эфире передачи "Абонент доступен", который вели Анна и Вадим. Политик отрицал оккупацию Латвии и высказывал мечты о создании "Большой России", в состав которой вошли бы и бывшие советские республики.

По мнению Анны, со стороны государства акцент очень ставится на русскоязычные СМИ: "Да, Жириновский высказывал мнение, возможно, нелояльное по отношению к государству, но тем не менее это мнение, и мне кажется, должна быть свобода слова - мы ведь живем в демократическом государстве, где это постулаты, на которых все должно строиться".

"Мы ему оппонировали, подчеркивали, что важно соблюдать суверенитет страны. Я считаю, что это несправедливое давление, и это вытесняет русскоязычные СМИ", - добавляет Вадим.

Председатель NEPLP Ивар Аболиньш решение пояснял так:

  • такие высказывания угрожают национальной безопасности страны;
  • на СМИ лежит ответственность за выбор гостя и за реакцию на антигосударственные высказывания.

"Проблема в том, что нас - русскоязычные СМИ - выталкивают на маргинальную почву - меньше денег, больше санкций, но это еще и проблема наших журналистов, вечное "Что подумает латышский зритель, а вдруг подумает, что нелояльные?". Но какая разница? Я не должен ни перед кем оправдываться.

Если я критикую Левитса, это что значит - я как человек с русской фамилией не имею права это сказать?

Этот страх, который поселили в русских журналистах, это липкое состояние: "Давайте не будем, потому что NEPLP что-то сделает". То же Русское вещание живет в абсолютно подвешенном состоянии. Я работал на LTV - ты всегда какой-то придаток. Это все приводит к тому, что русская пресса загибается", - рассуждает Вадим.

По его мнению, русская журналистика в Эстонии, которая раньше проигрывала Латвии, сейчас на голову выше: "У них есть чувство собственной защищенности, они понимают, что они часть этого общества и этой среды, и они вовсе не обязаны что-то кому-то доказывать. 

Это вообще странная история, когда у нас русскоязычным журналистам посылают сигналы, что вы должны чему-то там соответствовать.

Возьмем российскую оппозиционную журналистику - мы ругаем Россию "ужас, ужас", но я на "Эхо" пишу и в ряде российских СМИ - ты там гораздо свободнее пишешь колонки, в том числе ругаешь Путина. Представьте, мы на Baltkom будем наших критиковать? NEPLP уже штрафует за гостя, за мнение, мол, думайте, кого приглашаете... И наша слабость профессионального журналистского сообщества, что мы со многим соглашаемся: "Ну да, ок, давайте потише будем, как бы чего не вышло".

С нами что-то делают, а мы молчим. Из пса демократии, как называли СМИ, мы превратились в щеночка", - резюмирует Вадим. 

Оба журналиста согласны, что возможность более свободного вещания остается только в интернете. "Интернет - это будущее всех СМИ. Пока что интернет кажется свободной площадкой, не контролируемой со стороны государства", - замечает Анна. 

Как говорит Вадим, там не может NEPLP тронуть - действуют только правила YouTube. Но и тут свои вызовы. 

"Сейчас меняется время, большое значение приобретают индивидуальные качества журналиста. Многое зависит от конкретного человека, и это хорошо видно в YouTube. Один журналист, работавший на ПБК, писал, что его программу каждый раз смотрят 120 тысяч человек, но здесь как раз и заблуждение: когда ты приходишь в YouTube, у тебя нет ничего - только ты и твои навыки.

Когда ты выходишь между шоу "Голос" и программой "Время", ты будешь собирать на местном контенте 100 тысяч, потому что не переключат, а в YouTube - он потом запустился, и я видел цифры - до 1000 не доходит.

Это и есть обманка - когда ты работал в крупном СМИ и думаешь, что крутой. Важно не попадать в эту иллюзию - не переоценивать себя из-за канала, на котором тебя смотрели", - о старте в YouTube говорит Вадим. 

Чувства попрошайничества нет

Контент стоит денег - на Западе это уже приняли, в Латвии пока на пути к этому. Местные СМИ запускают платные стены (например, KLIK TVNET), "Чайка" просит финансирование через Patreon, но в целом не покидает ощущение, что русскоязычная аудитория не готова платить за содержание. На вопрос, как донести до аудитории, что это нормальная практика, Анна говорит, что аудиторию надо воспитывать: "Мы тоже с этим столкнулись. Замечаешь разность менталитетов - не хочется скатываться в стереотипы, потому что в каждом народе есть думающие и недумающие люди, но наши зрители из Великобритании, как я уже отмечала, считают необходимым задонатить и только потом задавать вопросы - это, наверно, такая культура потребления, она есть". 

Вадим считает, что это меняется: "Появились стриминговые сервисы, такие как Netflix, и люди готовы платить, это уже не дикость. Конечно, сталкиваешься с потребительским отношением - есть такие люди, словно ты им что-то должен". 

В то же время неловкости просить донаты у журналистов никогда не было: "Ты предлагаешь людям оценить то, что ты делаешь, чувства попрошайничества нет, потому что это большой труд: можете поддержать - поддержите! Ты же просишь оплатить то, что ты делаешь, а не просто сидишь мужик с бутылкой и просишь - это большая разница. Западная культура донатов, краудфандинг, - она совершенно нормальная. У нас тоже культура меняется, но не сказать, что семимильными шагами", - заключает Вадим.

"Правда/Миф": YouTube - это телевизор для молодых. Поколение телевизора останется у телевизора

Прочитать и добавить комментарий

ВСЕ ВИДЕО